Провокация взятки как обстоятельство, исключающее состав преступления

17 Июля 2015

Провокация взятки как обстоятельство, исключающее состав преступления

провокация к даче взяткиУголовный кодекс Украины не содержит отдельных положений об особенностях уголовной ответственности получателя неправомерной выгоды (взятки), в случае провокации таких действий правоохранительными органами. Однако, не в каждом научно-практическом комментарии к ст. 368 Уголовного кодекса Украины говорится: провокация взятки не исключает вины того, кто получал неправомерную выгоду. Указанный доктринальный вывод дословно повторяется в п. 23 Постановления Пленума Верховного Суда Украины от 26.04.2002 №5 «О судебной практике по делам о взяточничестве».

Однако согласно ст. 3 Уголовного кодекса Украины, законодательство об уголовной ответственности составляет Уголовный кодекс Украины, который основывается на Конституции Украины и общепризнанных принципах и нормах международного права. Соответственно, при толковании и применении положений Уголовного кодекса Украины, обязательному учету подлежат нормы ратифицированных Верховной Радой Украины международных договоров, среди которых действующее место занимает Конвенция о защите прав человека и основных свобод 1950 (далее - Конвенция) и принятые на ее основании решения Европейского суда по правам человека. Тем более, что ст. 17 Закона Украины «О выполнении решений и применении практики Европейского суда по правам человека» определено практику Европейского суда по правам человека непосредственным источником права в Украине.

В свою очередь, практика Европейского суда по правам человека (далее - ЕСПЧ) в оценке провокации государственными агентами преступного поведения лица с целью дальнейшего разоблачения в преступлении (см. Напр. Раманаускас против Литвы (Ramanauskas v. Lithuania, 2008), Тейшера де Кастро против Португалии (Teixeira de Castro v. Portugal, 1998), Ваньянь против Россия (Vanyan v. Russia, 2005), - существенно отличается от безоговорочных положений п. 23 Постановления ПВСУ от 26.04.2002 №5 «О судебной практике по делам о взяточничестве».

Так, в случае с использованием имитации преступления и использованием агентов правоохранительных органов показателен решение Большой Палаты ЕСПЧ по делу Раманаускас против Литвы. В частности, в §56, 71 решения ЕСПЧ Раманаускас против Литвы, определены следующие условия, которые подлежат оценке при решении вопроса, соответствует ли провокация получения взятки в. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод:
  1. имело ли место подстрекательство подозреваемого к совершению преступления; и если такое подстрекательство, по утверждению подозреваемого, было - выяснить причины начала проведения полицейской операции, степень и характер участия правоохранителей в развитии события преступления и интенсивность самого подстрекательство;
  2. есть ли основания считать, что преступление произошло без участия работников правоохранительных органов;
  3. или нет объективных сведений о ведении подозреваемым преступной деятельности еще до того момента, как к нему было начато правоохранительную операцию по провокации взятки.
Положительный ответ на первый вопрос, и отрицательная - на второе и третье вопрос, по практике ЕСПЧ, выступают условием для признания нарушения права на справедливый суд с момента начала расследования преступления. В свою очередь, проведение правоохранительными органами имитации преступления при условии, что до начала такой имитации правоохранительные органы располагали сведения, дающие достаточные основания предполагать возможную преступную деятельность со стороны подозреваемого, например, аудиозаписи разговоров, снятых с каналов связи третьих лиц, исключает нарушения Конвенции (см. напр. решение ЕСПЧ Еврофинаком против Франции (Evrofinacom v. France, 2004), Банников против России (Bannikov v. Russia, 2010). Так же, не имеет нарушение ст. 6 Конвенции и в случае, если преступление произошло по инициативе самого подозреваемого без интенсивного подстрекательство и при пассивной роли агента правоохранительного органа (Люди против Швейцарии (Ludi v. Switzerland, 1992), Милиниене против Литвы (Miliniene v. Lithuania, 2008).

По нашему мнению, в случае доказательства провокации взятки, в смысле изложенном выше, со стороны лица, на начальном этапе преступной деятельности уже руководствовалась работниками правоохранительных органов, есть все основания ставить вопрос об отсутствии в действиях подозреваемого состава преступления. Например, п. 34 нового Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 09.07.2013 №24 «О судебной практике по делам о взяточничестве и других коррупционных преступлений» содержит следующее: в случае, если согласие должностного лица была получена в результате склонения такого лица к получению взятки за обстоятельств, свидетельствующих о том, что без вмешательства сотрудников правоохранительных органов умысел на получение взятки не возник бы и преступление не было бы совершено, такие действия противоречат закону об оперативно-розыскной деятельности, и в таком случае в содеянном должностным лицом деянии форуме состава преступления.

Отдельно приведем несколько слов по доведению в Украине провокация взятки со стороны работников правоохранительных органов, то есть основания, исключает состав преступления по ст. 368 Уголовного кодекса Украины. Ведь по практике ЕСПЧ не соответствует ст. 6 Конвенции лишь провокация взятки под руководством сотрудников правоохранительных органов, а не провокация взятки частным лицом. К тому же мотивы заявителя о преступлении в этом случае не имеют решающего значения.

Предмет доказывания в этом случае можно условно разделить на две части. В первой необходимо установить, была со стороны заявителя о преступлении-взяткодателя или его пособника, инициатива на дачу неправомерной выгоды, характер и степень которой может расцениваться как провокационный. И только в случае положительного ответа на первый вопрос, необходимо переходить ко второй части доказательства, более сложной и индивидуально определенной конкретными обстоятельствами дела.

В частности характер и степень влияния работников правоохранительных органов на развитие события преступления и решения вопроса, произошла бы событие преступления без их вмешательства, помогут выяснить следующие данные: дата и основания начала полицейской операции; момент официального контакта заявителя и работников правоохранительных органов; наличие или отсутствие реальных мотивов со стороны заявителя начать по собственной инициативе соответствующую деятельность; наличие объективной потребности в получении лицом, в интересах которого предлагается неправомерная выгода, определенных действий (бездействия) от должностного лица; дата и основания применения негласных мероприятий и тому подобное.

К тому же следует помнить, что бремя доказывания такого обстоятельства, как участие в начале провокационных действий заявителя-частного лица работников правоохранительных органов, по практике ЕСПЧ, возложено на сторону обвинения.

Отмечу, необходимость мотивированного изложения доводов об отсутствии провоцирование лица к совершению преступления при вынесении постановления об имитации совершения преступления по ст. 271 Уголовно-процессуального кодекса Украины, возложена именно на прокурора. Не наведение должной мотивации постановления о контролируемом преступление об отсутствии провокации преступления может, с одной стороны, утверждать недоказанности стороной обвинения отсутствии провокации преступления со стороны работников правоохранительных органов; а с другой стороны, само постановление о контролируемом преступление может быть отменена судом по ходатайству стороны защиты во время рассмотрения дела в суде.


Количество показов: 1750
Автор:  Валерий Буняк «АО BSB Partners» управляющий партнер
Короткая ссылка на новость: http://law-clinic.net/~NhOkc